В когтях у сказки.

Дмитрий быков.

Во времена предвыборных телевизионных перестрелок о детском вещании говорить неприлично. Вроде как все сидят по окопам, а ты дезертируешь в детсад. Но если чуть изменить угол зрения, если бы не дети - на фиг нам все эти предвыборные войны и их последствия? так что вы как знаете, а я весьма желал бы спасти от удушения одну детскую программу, которая для меня во многом оправдывала все существование канала "культура". Речь идет о "чудо-сказке".

"Чудо-сказку" делает (пока воздержусь от употребления прошедшего времени) небольшая команда профессионалов, начинавшая еще в детской редакции радио, ныне легендарной. Это ее программы так охотно ставят в эфир современные вещатели, начиная с "эха москвы", - вспомним хоть "клуб знаменитых капитанов". "Чудо-сказка" - десятиминутная вечерняя малышовая передача, чрезвычайно бесхитростная по замыслу. Перед камерой садятся актер и ребенок. Актер чаще всего титулованный, хорошо известный, но в силу ситуации в отечественном кино - невостребованный. Ребенок обычный, из числа наших с вами. Актер рассказывает и комментирует сказку по собственному выбору. Все. Запись одной такой программы со всеми гонорарами и необходимыми техническими приспособлениями стоит 160 долларов. До последнего времени канал "культура" выделял две тысячи в месяц, так что умудрялись снимать восемнадцать новых и показывать двенадцать старых программ. Благо банк таких сказок уже создан, и он изряден - несколько сотен роликов. А в начале декабря без предупреждения, без извинений и благодарностей редакторам передачи было сообщено, что с нового года она упраздняется. Будет выходить укороченная (порядка 7 минут) и совершенно другая программа "вечерняя сказка", построенная на компьютерной графике. Я ничего не имею против компьютерной графики и виртуальной реальности как таковой, но иногда (в том числе и во время выступлений по телевизору кандидатов в депутаты и президенты) мне кажется, что этой самой виртуальной реальности у нас и так некоторый переизбыток. Не говорю уж о японских компьютерных мультфильмах, которые, по моему глубокому убеждению, еще припомнятся сегодняшнему теленачальству как главное преступление против человечности. "Чудо-сказку" я смотрел поначалу от случая к случаю, но потом втянулся: во-первых, сказки там выбирались прелестные, часто совершенно забытые. Во-вторых, это самая непосредственная программа на всем канале "культура", где, что греха таить, преобладают довольно напыщенные интонации.

Меня умиляет менглет, родившийся для роли доброго сказочника (кстати, умиляется и сам менглет: "раньше кто меня знал? в основном старики. Теперь выхожу во двор - все дети здороваются!"). Меня восхищают виктория лепко и алена яковлева, мгновенно устанавливающие контакт с ребенком. Я давно не видел сказочников класса глузского, который ни секунды не сюсюкает и серьезен с начала до конца, потому что здесь, в этой программе, он делает самое главное, что вообще может делать человек искусства. Он участвует в формировании чужого мира, чужой вселенной, и все, что он сейчас скажет, имеет исключительное значение. Я вообще очень не люблю разговоров о добре. Новелла матвеева, автор первоклассных детских стихов, сказала мне однажды с характерной для нее язвительностью: "запомните, три самых страшных врага искусства (они же три главных требования советской критики) - "теплота", "доброта" и "пронзительность". На мой вкус, большинство нынешних разговоров о необходимости добра и любви ведется либо бандитами, отмывающими имя на благотворительности, либо глубоко равнодушными людьми, пытающимися создать новую моду. Поэтому я не буду тут особо растекаться насчет того, что добро - это хорошо, а добро по отношению к детям - особенно. Все это знают, но продолжают делать вид, будто с отечественным детским вещанием все обстоит как надо. Да никак оно не обстоит, если честно-то. Гарри бардин, дивный наш мультипликатор, давным-давно заметил, что мультфильмы, преподносимые нам сегодня диснеевской студией, не имеют ничего общего ни с духом, ни с традициями диснея. Программ вроде "будильника", в котором охотно участвовали лучшие актеры того времени - плятт, зеленая, миронов, - нет уже лет пятнадцать. Не видим мы и прелестного питерского "большого фестиваля", и питерской же передачи "ребятам о зверятах", а видим пару подростковых программ, изо всех сил заискивающих перед аудиторией и тщетно пытающихся говорить на ее скучном и грубом сленге.

Что смотреть шестилетнему и десятилетнему человеку - я представляю слабо. А "чудо-сказку" эти люди смотрят с энтузиазмом, по крайней мере за дочь и ее одноклассников могу ручаться. Да и не в них одних дело - на программу приходит дикое количество писем, поделок, фотографий, то есть всего, что раньше слали тете вале леонтьевой в ее еженедельную "в гостях у сказки". Конечно, наш прежний, социалистическо-маразматический мир ранних восьмидесятых был слишком инфантилен, количество идеологических и сказочных детских программ переходило пределы разумного, но должны же у ребенка быть десять минут в день, когда взрослый, талантливый и известный человек говорит с ним один на один! за эту-то интонацию доверительного разговора "чудо-сказку" и выдвигали на тэффи, и наградили первым призом на детском кинофестивале в "орленке" - то есть до декабря этого года, как видим, все было в порядке... Я давно взрослый, и у меня нет никаких иллюзий по поводу влияния печатного слова на умы, в особенности начальственные. Я просто уполномочен заявить, что если "чудо-сказку" заменят на какой-нибудь компьютерный прибамбас, мои дети ее смотреть не будут. Мы с женой, конечно, не менглет с васильевой и дел у нас по вечерам невпроворот. Но уж лучше плюнем на все и сами им вслух почитаем андерсена. Все-таки живой голос и приличный текст.

 


ГЕРОИ
КОМИКСЫ
ВОРОТА
СЛОВАРЬ

Яндекс.Метрика